Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 09 (101), 2013 г.



Вячеслав Моисеев
"Репетиция Апокалипсиса"


М.: "Вест-Консалтинг", 2012

Эта книга — предупреждение. Не случайно в ней сказано: "началась новая эра. Более опасная и беспощадная. Более жестокая и бесчеловечная. А главное — более безнадежная". Все это — о ядерной эре. О Тоцких атомных учениях 1954 года и их последствиях. Книга названа удивительно точно: "Репетиция Апокалипсиса". Ее автор, Вячеслав Моисеев, родился через 8 лет после учений (трагедии? подвига отечественной военной промышленности?) в ста километрах от эпицентра. На земле, помнящей следы уничтожающей все живое радиации.
Это был ответ СССР Соединенным Штатам — попытка защитить границы и независимость, возможность сказать, иметь право: не троньте нас и наших союзников. Генерал Альберт Макашов уверял автора книги, что все сделано правильно, что такие учения — необходимы. Но полуслепой В. Я. Бенцианов, непосредственный участник учений, равно как и автор книги, не могли понять: почему атомные учения прошли в густонаселенной местности, почему долгие годы ничего (или крайне мало) не делалось для восстановления и поддержания жизней тех, кого коснулась атомная репетиция? Этими "почему" проникнута книга. Здесь нет сомнений в необходимости сделанного — во всяком случае, сильная страна куда лучше, чем сотни боеголовок в качестве новогоднего подарка от США — а подобные мысли проскальзывали, и об этом также сказано в книге. Автор не может понять, отчего поступили бесчеловечно; приводит множественные цитаты, описывая страдания братьев наших меньших, которых военные расставляли в непосредственной близости от взрыва. Здесь кроется метафора, поскольку люди в этой системе ценностей и мер — такое же стадо, бессловесное. Минимум 25 лет должны были хранить тайну об учениях. Молчать и — умирать. Величие и сила обменивались на жизнь.
Что узнали жители Советской России о Тоцком эксперименте? Небольшая заметка в "Правде":
"В соответствии с планом научно-исследовательских работ, в последние дни в Советском Союзе проведено испытание одного из видов атомного оружия. Целью испытания было изучение действия атомного взрыва.
При испытании получены ценные результаты, которые помогут советским ученым и инженерам успешно решать задачи по защите от атомного нападения".
И все.
А что крылось за словами "изучение действия атомного взрыва" — в книге Моисеева. Конечно, здесь нет научных выкладок и схем ядерных боеголовок, все прозаичнее, но: жизненней, ибо под прицелом исследователя были судьбы людей, покореженные, иссеченные болезнями — взамен за "ценные результаты".
Учения состоялись 14 сентября 1954 года неподалеку от райцентра Тоцкое Чкаловской (ныне Оренбургской) области — между нынешними Самарой и Оренбургом. Несколько десятилетий автор, главный редактор газеты "Оренбургская неделя" Вячеслав Моисеев, создавал летопись Тоцкого эксперимента. Это книга журналиста, а потому наполнена воспоминаниями очевидцев и жителей близлежащих от учений деревень, фактами и мнениями — в ней нет места художественному домыслу. Да он и не нужен, поскольку лучшие сюжеты подсказывает сама жизнь. Пусть и трагические.
"Та ядерная невойна 14 сентября 1954 года для нас закончилась победой над условным противником и потерями в здоровье на десятки лет, а для кого-то и потерей жизни", — это слова автора вступления, создавшего структуру, помогающую "атомным солдатам" (таким, как он сам!), В. Я. Бенцианова.
Рассказывать о подготовке к учениям, мнениях pro et contra, — не буду. При желании можно приобрести книгу и прочесть; куда важнее — моральный вопрос. Жутковато читать главу "Пепел братьев наших меньших", строчки о том, как животные (коровы, лошади, овцы, свиньи, собаки, крысы и т. д.) "занимали боевые позиции" — вынужденных смертников. Воспоминания Г. С. Якименко: "Вокруг эпицентра на разных расстояниях расставили боевую технику. В танки сажали баранов, овец. В окопах были оставлены коровы, лошади, верблюды".
Красноречивы слова И. И. Кривого, попавшего в район эпицентра: "Я обратил внимание на двух лошадей, которых за веревки на шеях медленно вели солдаты. Одна лошадь белая, а вторая черная. Обе они находились в двух километрах от эпицентра в момент взрыва атомной бомбы. У обеих лошадей были выбиты глаза. Но белая лошадь чувствовала себя сравнительно лучше, и поражений у нее было меньше, чем у черной. Двигалась она нормальным шагом. Ожогов у нее было мало. А вот черная лошадь превратилась почти в сплошной струп. Двигалась она мелкими шажками, а если пыталась сделать шаг пошире, струпья лопались, и из трещин хлестала кровь".
Это — цена. За безопасность, мирное небо над головой — ряд можно продолжать. Сколько собачьих жизней осталось в космосе, готовя платформу для человеческого подвига? Пришел черед братьям нашим меньшим отдавать жизни и в угоду новой эры. Чтобы сохранить большее.
Эта жертва — оправдана, пусть и ужасны воспоминания. Как оправданы смерти подопытных крыс etc. (С нашей, человеческой, позиции оправдана. А с их — крысиной, собачьей, лошадиной?)
Не всех животных — даже покалеченных — удалось вывести с полигона учений: "мощное световое излучение испепелило и превратило в пыль все, что находилось на поверхности земли в эпицентре, в том числе верхний слой самой почвы". Пылевой столб температурой почти в 525 градусов по Цельсию, атомный гриб высотой в 12 километров, а шириной — в шесть. Каковы шансы выжить?
А люди возвращались в родные места, где счетчик Гейгера продолжал зашкаливать. Немудрено, что "со второй половины 1955 года наряду с “обычными” причинами смерти <…> все чаще стали появляться рак желудка, рак пищевода, белокровие…" Здесь мы подходим к основному моральному вопросу книги. Если жертвы животных — вынужденные (человек подчинил их себе — что теперь взывать к морали!), то брошенные люди на умирающей после взрыва территории — это ли не попустительство, говоря предельно мягко? Следы Тоцкого взрыва обнаружились даже в районах Омска и Новосибирска. Отечественная Хиросима и Нагасаки — более гуманная, конечно, но напрямую коснувшаяся жителей страны. Косвенная, но повлекшая смерти. Ответная (США тоже экспериментировали), нужная (даже необходимая!), важная, но…
Вячеслав Моисеев записал воспоминания учительницы Ю. Г. Сапрыкиной: "Через четыре месяца после взрыва умерла ученица моего класса — рак головного мозга. На второй год умер мальчик — рак головного мозга. Мне достались дети 1954 года рождения. Один мальчик, Зубков Саша, плохо учился, болел, мучили головные боли. Окончил четыре класса, больше не мог учиться, а вскоре ослеп, четырнадцатилетним умер. Мать рассказывала, что когда он родился, на нем были черные пятна… В разы повысилась смертность взрослых и детей. У соседа умер трехлетний ребенок — рак крови. Умер военком Душин — рак крови, кровь ему меняли семь раз. Умер врач от рака крови — ему пять раз меняли кровь…"
И другие воспоминания, этакая летопись "радиационного мора". Цинично выглядят цифры — 2,2 миллиона рублей на ликвидацию последствия эксперимента в 1991 (!) году, на всю область. При том, что квартира в Оренбурге — Вячеслав Моисеев любезно подсказывает — стоила 100 тысяч. И, как водится на Руси, — ложь в официальных отчетах…
А вот данные 1999 года, когда автор книги встречался с А. М. Русановым, занимавшимся проблемой последствий Тоцкого атомного взрыва: "Конечно, некоторое превышение предельно допустимых норм по радиоактивным веществам есть". Предельно допустимых. Тоже — цена. За что? Отвечает еще один из собеседников Моисеева — В. Я. Бенцианов: "Благодаря Тоцким учениям были полностью отработаны действия войск в условиях атомной войны". То есть гибли — не напрасно. Но ведь погибших, искалеченных судеб, жизней (семей!) могло быть меньше: смотрели-то куда? За этим и кроется предупреждение — от безалаберности даже при великих целях, от равнодушия (!), даже при спасении миллио­нов.
Книга Вячеслава Моисеева нужна хотя бы для того, чтобы другими глазами взглянуть на нас нынешних, жителей новой эры, живущих в некоторой степени благодаря погибшим в 1954 году животным, людям; умирающим в оренбуржье и поныне. Они заплатили за наше сегодня. Почтим их память.

Владимир КОРКУНОВ



 
 




Узнай интересные советы и рекомендации по туризму на портале 1001 совет
      ©Вест Консалтинг 2008 г.