Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 10 (90), 2012 г.



Евгений Минин
«Погоня за ветром»


Иерусалим, 2012

 

Назвать удачнее, чем «Мудрая блажь» (Эмиль Сокольский / «Зинзивер», № 2 / 2012) статью о творчестве Евгения Минина, вряд ли возможно. Вот только что есть блажь — стихотворения или пародии? И в чем сокрыто больше мудрости? Анна Гедымин («День и Ночь», № 4 / 2012) признается: «Евгений Минин — фигура в современной русской поэзии особенная, даже парадоксальная». Но если уж совсем не лукавить, заменю слово «поэзии» на «пародии», поскольку Минин куда больше известен как поэт-пародист, чем тихий «мудро-блаженный» лирик. Потому что жанр пародии так зачах и увял, что появление активного (во всех смыслах слова) пародиста, моментально откликающегося на события в литературной жизни (от выхода книг и подборок до даже проведения творческих вечеров), — не только особенное и парадоксальное событие, но и, в известной мере, живительное, способное пробудить и жанр; во всяком случае, опровергнуть предположения о его не скоропостижной смерти.
Сокольский не соглашается: «Начинать надо не с того, что Евгений Минин пародист, а с того, что он — поэт». Высказывание, как показала новая книга Минина «Погоня за ветром», несколько спорное. В одном из предыдущих Литобозов («Дети Ра», № 4 / 2012), на основании приведенных стихотворений, я соглашался с ростовским критиком: «И он прав, хотя бы потому, что пародию создать проще, чем стихотворение — в первом случае автор для вдохновения использует уже имеющуюся сюжетно-образную платформу, во втором — создает свою». Однако в пространстве книги — более широком — обнажаются и недостатки; этакие стихотворные случайности, промелькнувшие мысли. В многообразии теряется тихое свечение, оно переполняется потоком стихов не то что лишних, но необязательных. Лирический дневник становится строфохранилищем, в котором с равной вероятностью можно натолкнуться на Минина, который: «Разный. Интересный. Ни на кого не похожий. Гипнотизирующий своей теплой, доверительной интонацией» (Анна Гедымин). Другой Минин скучнее — хотя бы тем, что в стихах не раз и не два проглядывается схема построения, скелетик, на который нанизываются мысли, делая «очень важное — неважным». И два этих Мининых соседствуют с третьим — пародистом, искателем парадокса.

 

Милый мой — такая бука,
Вне себя от куражу,
Посылает на три буквы,
На какие — не скажу!
<…>
Я все помню, не забыла,
Погоди сжигать мосты.
Я туда уже ходила,
Там такие ж, как и ты…

 

Это пародия на стихи Елены Исаевой: «Как же объяснить, мой милый,/ Чтобы не смотрел нахмурясь?/ Я туда уже ходила —/ Постояла и вернулась». Парадокс вообще — друг пародистов, но и в самом жанре есть не то что «штампы», а излюбленные ходы, скажем, про болезненное стихоплетство. Гимном «поджанру» могут быть строки Александра Иванова: «Ты пиши, пиши, пиши,/ Сочиняй весь век,/ Потому что пародист —/ Тоже человек. <…> Ты пиши и мой призыв/ Не сочти за лесть,/ Потому что пародист/ Тоже хочет есть!». Есть подобные строки и у Евгения Минина:

 

Изрек Господь
                                   в небесном арбитраже:
— Перечитал творенья все подряд,
С Белинским посоветовался даже,
И все-таки тебе дорога — в ад!
— Да как же так!
Так это ж выше правил!
Не грабил никого, не убивал!
— Прости, но я бы в рай тебя направил,
Когда б ты ничего не написал.

 

«Возбудитель» пародии — Герман Дробиз: «Однажды я пред Господом предстану./ Скажу ему: «Малы твои труды./ Все годы я ленился неустанно,/ чтоб написать поменьше ерунды»». Под прицелом у Евгения Минина и ерунда, и совсем не ерунда; под воздействием его пера любые стихотворения приобретают особое звучание, даже сияние — свечение. Эти стихи (да и пародии!) доброго человека, учителя. Его отличает любовь к сущему, будь то животное или человек. Он посвящает ностальгически-щемящие строки родному городу Невелю, что в Псковской области («…пыльных улиц сладкий запах,/ И речушка через город,/ словно жилка на виске»), рассуждает о старости («Неожиданно днем уснул/ в парке под елью,/ Словно кто-то в лицо плеснул/ сонного зелья», рассуждает о законах бытия, пишет, наконец, пародии. Можно по-разному относиться к творчеству поэта-пародиста (поэта и пародиста!), но одно точно — без него поэтический мир был бы скучнее, бледнее и капельку эгоистичнее. «Погоня за ветром» — инъекция доброты и доброго юмора. И это, я полагаю, самая «значительная заслуга» Минина. А еще, чтобы хранить в себе все это, необходима немалая толика «тонкого понимания поэтических стилей и точного поэтического слуха», о чем напоминает нам Александр Кушнер, автор одного из предисловий к новой книге Евгения Минина.

 

Владимир Коркунов



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.