Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 02 (82), 2012 г.



Презентация книги Вадима Фадина "Утонувшая память"

9 февраля в Российском доме науки и культуры в Берлине состоялась презентация новой книги Вадима Фадина "Утонувшая память", в которой собраны и лучшие стихи из книг разных лет, и стихи, не публиковавшиеся ранее.
Вадим Фадин — поэт, эссеист, прозаик. Родился в 1936 году в Москве. Публикуется в московских журналах с 1963 года, а после переезда в Германию в 1996 году — в журналах и альманахах, издающихся на русском языке в Германии, США, Израиле и Эстонии. В России изданы книги стихов "Пути деревьев", "Черта", "Нить бытия", три книги переводов итальянской поэзии и романы "Семеро нищих под одним одеялом" и "Рыдание пастухов", вошедший в long list премии Букера 2004 года. В 2005 году получил диплом премии "Серебряная литера" (Санкт-Петербург) "За трепетное отношение к русскому языку". Он член международного ПЕН-клуба, Союза писателей Москвы и Союза писателей Германии (Verband Deutstcher Schriftsteller in der IG Medien), член редколлегии литературно-художественного журнала "Студия" (Берлин).
Еще недавно почитатели творчества В. Фадина присутствовали на презентации его нового романа "Снег для продажи на юге" (издательство "Алетейя", 2010). И вот уже перед нами новая книга, на этот раз поэтическая.
Стихотворный сборник "Утонувшая память", вышедший в московском издательстве "Время" (серия "Поэтическая библиотека", 2011), вобрал в себя и новое, и давно написанное. В нем, как в философском камне, сплав энергий прошлого и настоящего, смешение воды и деревьев, переплетение полета и падений, как в стихотворении начала 70-х "Снежная скорость", где даже падение благословляется надеждой, "что нас всегда спасает вера / во что-то новое внизу". Такие разные во времени стихи объединяет верность традициям Серебряного века, "размышления о человеке..., о современности и прошлом, об искусстве и любви".
Книга состоит из 5 разделов. Два из которых — стихи, написанные давно, нигде не опубликованные. Три раздела — стихи из книг: "Пути деревьев", "Черта", "Нить бытия".
На презентации Вадим рассказал, почему ему захотелось включить в сборник ранее уже изданные книги стихов, первая из которых "Пути деревьев". Судьба выхода этой книги в издательстве "Советский писатель" была не из легких. Вспомнить хотя бы только то, что в целом она продолжалась 22 года, несмотря на протекцию друга — известного поэта, театрального режиссера, художника и педагога Павла Антокольского, поддерживавшего талант Фадина. Первоначально весомая протекция играла положительную роль. Но это было до тех пор, пока Антокольский не выступил в "Литературной газете" со статьей "Отцы и дети", в которой коммунистическая партия разглядела неприемлемое в то время противопоставление поколений. Таким образом, попавший в немилость Антокольский на какое-то время был отстранен от дальнейших публикаций и выступлений, а заодно досталось и его друзьям, в том числе и Фадину: рукопись из редакции была возвращена. Только через полтора десятка лет книгу снова приняли в издательство, которое первые авторские книги печатать не имело права, так что и в этом отношении пришлось преодолеть немалые препятствия. Еще несколько лет книга томилась в кабинетах, рецензировалась, возвращалась на доработку, потом снова рецензировалась и продолжала ждать своей очереди в длинном ряду авторов. Только настойчивость самого поэта помогла увидеть свет стихам не через 10 лет, как это обычно происходило, а через 7. Но и тут книге не повезло: по какой-то фатальной ошибке тираж не попал в Москву. Даже с названием произошла запутанная история. Название "Пути деревьев" сборник получил случайно по названию книги следующего, стоящего на очереди в списке издательства, автора. Книга же Фадина называлась первоначально "Поздний час", как бы невольно предсказывая себе свою судьбу.
В связи с этим Вадим вспомнил байку, пересказанную ему одним из редакторов. Когда Анна Андреевна Ахматова принесла в издательство свой первый поэтический сборник и, договорившись с редактором, уже спокойно удалялась по коридору, вдруг вспомнили, что Ахматова забыла дать сборнику название. "Анна Андреевна, как назвать сборник?" — крикнули ей вслед. Ахматова не расслышала и, подумав, что ей задают вопрос о гонораре, ответила: "Подороже". Таким образом, появилась книга "Подорожник".
Так что Фадин, следуя канонам Серебряного века, в некоторой степени повторил историю Ахматовой. Это недоразумение явилось толчком к тому, чтобы для соответствия названию дополнительно написать стихи, где бы фигурировали деревья, которых первоначально в книге не было.
Говоря о судьбе своих стихов, Фадин заметил, что относит трудность с публикациями в бывшем Советском Союзе на счет своей стилистики, а не антисоветских мотивов, которых у него не было, подобно А. Синявскому, утверждавшему ранее, что у него с советской властью стилистические разногласия.
Чтение стихов из нового сборника Вадим Фадин чередовал с воспоминаниями о своих близких друзьях прошлых лет — Павле Антокольском и его жене актрисе театра им. Вахтангова Зое Бажановой. В то время, когда они общались, Зоя Бажанова уже не играла, но она была замечательным скульптором по дереву, и ее работы производили на Фадина большое впечатление. Особенно одна из них — горящая в огне женщина, вдохновившая поэта написать стихотворение "Огонь". Это стихотворение очень нравилось Антокольскому, он часто цитировал его публично. Но, по мнению Фадина, оно было не слишком удачным. На эту же тему спустя некоторое время возникло еще одно:

Дерево с рыжей девчоночьей челкой
горячие взгляды бросает лукаво.
Горящее дерево машет руками
и пальцами громко щелкает.
Поодаль девочка смотрит на пламя.
Ей весело очень и страшно немножко.
Она головой качает плавно
и невольно топает ножкой
в такт движениям дерева.
Но вот,
словно пчелы из жаркого улья,
взмывают лоскутики пепла серого,
и дерево превращается в угли.
А девочка перед зеркалом, дома,
мастерит себе рыжую челку,
и на паркете танцует долго,
и пальцами громко щелкает.

Присутствующие на презентации коллеги — члены ПЕН-клуба, просто литераторы и читатели включились в разговор, задавая автору вопросы о творчестве, вдохновении, о сохранности русского языка в эмиграции. Пришедшим на встречу хотелось знать, наложило ли отпечаток пребывание в Германии на стилистику автора и его язык. Посвящая в тайны своего творческого процесса, делясь тем, что перешел на прозу и уже не пишет стихов, Вадим Фадин сказал, что язык его в эмиграции ни в коем случае не изменился. Набоков, Бунин и другие писатели первой волны русской эмиграции до сих пор остаются для нас эталоном. Мы опять и опять возвращаемся к ним, а потому есть все-таки надежда сохранить русский язык и дальше в том классическом виде, с которым не может конкурировать новояз.
Книга Вадима Фадина "Утонувшая память", пройдя предварительный конкурс отбора, вошла в список 10 претендентов на "Русскую Премию" в номинации "поэзия" по итогам 2011 года. В список данной номинации вошли произведения таких известных поэтов, как Сергей Бирюков, Феликс Чечик, Алексей Цветков, Борис Шапиро и других.

Наталия ЛИХТЕНФЕЛЬД



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.