Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 01 (81), 2012 г.



Нина ДАВЫДОВА

В ПОИСКАХ "ГОНЧАРОВСКОГО ПОЧЕРКА"

200 лет назад, в 1812 г. родилась Наталья Николаевна Гончарова; 50 лет назад, в 1962 г., ушла из жизни Наталья Сергеевна Гончарова.

Перед нами две Натальи Гончаровы. Одна из века XIX, другая — из XX. Одна — первая московская красавица и жена первого поэта России. Другая — выдающаяся художница, жена одного из крупнейших художников начала XX века. Родственницы. Попробуем найти то, что их объединяет, таких непохожих на первый взгляд, а вдруг есть общий, "гончаровский почерк"?
Сохранились многочисленные воспоминания современников о той и о другой.
Великое множество написано статей, осуждающих жену Пушкина: и балы любила, и наряды, и стихами мужа не интересовалась… Но Пушкин ее выбрал. И она у своих родных просила дать согласие на брак — с небогатым, с некрасавцем, с неблагонадежным.
Интересно сопоставить два произведения Пушкина, написанные в разные годы. И то, и другое не просто известны, многие из нас знают их наизусть еще со школьных лет. Стихотворение "Мадонна" посвящено жене: "Не множеством картин старинных мастеров / Украсить я всегда желал свою обитель. / Чтоб суеверно им дивился посетитель; / Внимая важному сужденью знатоков. / В простом углу моем, средь медленных трудов, / Одной картины я желал быть вечно зритель, / Одной: чтоб на меня с холста, как с облаков, / Пречистая и наш божественный спаситель — / Она с величием, он с разумом в очах — / Взирали, кроткие, во славе и в лучах, / Одни, без ангелов, под пальмою Сиона. / Исполнились мои желанья. Творец / Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна, / Чистейшей прелести чистейший образец".
Перед кротостью и чистотой склонился Пушкин, и в этом образе Гончаровой-Мадонны представил поэт читателю свой идеал женщины. Но он для нас не нов. Вспомним "Евгения Онегина", Татьяну Ларину на балу: "Она была нетороплива, / Не холодна, не говорлива, / Без взора наглого для всех / Без притязаний на успех, / Без этих маленьких ужимок, Без подражательных затей… / Все тихо, просто было в ней…".
Пушкинский идеал и выбор нам понятны, а что же современники? Талантливый литератор граф В. А. Соллогуб пишет восторженно не только о красоте жены Пушкина: "Много видел я на своем веку красивых женщин, много встречал женщин еще обаятельнее Пушкиной, но никогда не видывал я женщины, которая соединяла бы в себе такую законченность классически правильных черт и стана. Ростом высокая, с баснословно тонкой тальей, при роскошно развитых плечах и груди, ее маленькая головка, как лилия на стебле, колыхалась и грациозно поворачивалась на тонкой шее… Я с первого же раза без памяти в нее влюбился; надо сказать, что тогда не было почти ни одного юноши в Петербурге, который бы тайно не вздыхал по Пушкиной: ее лучезарная красота рядом с этим магическим именем всем кружила головы... На вид всегда была она сдержанна до холодности и мало вообще говорила…".
По прошествии лет в прекрасное лицо Натальи Николаевны всматривается Петр Александрович Плетнев, пытается постигнуть "почему именно ее выбрал в жены Пушкин?", и в письме историку и мемуаристу Я. Гроту замечает: "Скажите баронессе Корф, что Пушкина очень интересна. В ее образе мыслей и особенно в ее жизни есть что-то возвышенное. Она не интересничает, но покоряется судьбе. Она ведет себя прекрасно, нисколько не стараясь этого выказывать".
А вот другая эпоха, другая Наталья Гончарова. Валентина Михайловна Ходасевич, тоже, кстати, художница, создает ее словесный портрет: "Стройная, без жеманства и "все всерьез". Маленькая головка на высокой шее. Лицо — без мелочей, очень точно нарисовано. Говорит она не быстро, поразмыслив, в утвердительной интонации, довольно низким, глуховатым голосом. В ней, как в иконах, — строгость". Танцовщица Нина Алекса-ндровна Тихонова даже передает гончаровскую пластику: "Высокая, удлиненная, как византийская икона, красавица Наталья Сергеевна Гончарова — Талинька — помимо выдающегося таланта художницы обладала и глубочайшими взглядами на жизнь и на искусство. …Умна и восхитительно проста". И в воспоминаниях других художников всегда подчеркиваются одни и те же черты. Юрий Павлович Анненков: "Я был в очень дружеских отношениях с Ларионовым и с Гончаровой (Натальей Сергеевной), которая даже в сорокалетнем возрасте оставалась еще молодой и очень стройной красавицей. Она отличалась большим умом и высокой культурой и была очаровательным товарищем"; Герта Михайловна Неменова: "Гончарова была высокая женщина, довольно молчаливая, но решительная, хотя каждый раз, когда она говорила, казалось, что она что-то преодолевает, несмотря на эту решительность".
При сопоставлении воспоминаний современников о двух Гончаровых мы явственно смогли увидеть неповторимый "гончаровский почерк". Трудно не согласиться, что не только внешнее сходство дано этим двум женщинам из гончаровского рода. Мы приблизились, прикоснулись к великому таинству. Таинству соединения Натальи Гончаровой и Александра Пушкина в XIX веке. И к таинству соединения Гончаровой и Пушкина в веке XX: Наталья Сергеевна Гончарова, по приглашению Дягилева, на русских сезонах в Париже создала декорации и костюмы для "Золотого Петушка"…



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.