Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Видео

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 10 (186), 2020 г.



Лидия Григорьева,
Роза Виноградова

«Степной трилистник. My Universe»

М.: «Вест-Консалтинг», 2019


Какое впечатление оставляет эта книга? Пожалуй, это чувство можно было бы описать так: степной ветерок, колышущий мысли, проникает в вашу голову и надолго сохраняет в ней чувство свежести и легкости. Сегодня сложно найти книгу, дарящую столь нежное, словно прикосновение пера, ощущение на сердце. Неописуемой красоты небо, дебри бескрайнего леса и проползающий под ногой тарантул — все это читатель осязает с первой странницы. Удивительной легкостью бытия пропитан «Степной трилистник». Надо признать, что во многом это достигается благодаря стилю японских хокку — лирических стихотворений, отличающихся предельной краткостью, однако при этом предельной ясностью и обилием в этих нескольких строках смысла. Именно с помощью них автор добивается нужного эффекта. Однако «Роза Виноградова часто нарушает поэтические каноны, свойственные японским хокку», наделяя свои строки близкой русскому поэту силлабо-тоникой, и получается это вполне естественно, органично, трогательно. А отчего мысли автора нашли обрамление именно в этом стиле? Ответ дает сама поэтесса:

Четыре строчки —
Слишком много.
Я никогда болтушкой не была.

Кстати, еще одна причина интереса Виноградовой к японским хокку обуславливается их изначальной идеей нерасторжимого единства природы и человека. Как результат — на свет рождается восхитительное чадо — Искусство! Просим! Именно об этом с трепетом рассказывает нам двадцатилетняя студентка.

P. S. Все переплетено, море нитей, но… потяни за нить, за ней потянется клубок!

Последнее «прости»…
Рука невольно сжала
Три стебля. Три строки.

Недоговоренность, мудрость, некая будоражащая философская мысль — вот, чем дышит ритм этих строк, ритм самого сердца настоящего русского человека… Образ природы здесь — это не антитеза сынам человеческим, не периодически обозримая параллель, не рядом бьющий ключ, но, напротив, абсолютное единство. «Жаркий чабрец», «степные ветры», «моложавый конь» и «бабочка капустница» — все они слышат нас и сочувствуют нам, с ними можно говорить, их можно просить:

Я не совсем одна —
В траве кузнечик пилит
Свой слиток золотой.

Или:

Компанию составь!
Дал стрекача
Зайчонок многоногий.

Исследуя поэтический мир, можно наткнуться на большую загадку. Пожалуй, сейчас следует слегла прищурить глаза и попробовать представить, что еще могло бы такого произойти в этой необычной истории, дробленной на маленькие трехстрочья или двустрочья? Это вопрос, обращенный к пытливому и догадливому читателю. И поэтому, дорогой читатель литературы, вспомни: ты когда-нибудь задумывался о том, в чем миссия истинного поэта? Я немного помогу тебе. Эта миссия заключается в неусыпном стремлении поэта выразить то, что без конца рвет и мечет в его груди, что пробуждает его среди ночи и заставляет писать, писать, писать… Поэту дан дар. И дано поэту слово. И должен он суметь пролить эликсир своего таланта на умы многих и многих людей, ждущих своего наставника. Поэт — это Мессия, Божий помазанник, ждущий своего часа, чтобы открыть глаза и сердце суетным людям, потерявшим видение тонких перипетий этой невероятной жизни. Поэт как бы управляет временем. Он может отправить читателя на машине времени в ретроспективу, чтобы тот пересмотрел что-то в своем прошлом, а потом на повороте вдруг помчать изумленного пассажира в его будущее, сказав ему: «Ты все сможешь, отчего же взор твой столь понурый?», и вдруг... Он снова сегодня. Спокойное, важное сегодня, осязаемое ровным дыханием, стоит перед ним:

Цветет картошка.
Бабушкин передник
Трепещет на ветру.

Читатель отрывается от книги, смотрит вокруг себя и чувствует: «Я живу! Здесь, сегодня, сейчас! Я — это сотканное тысячей нитей полотно, изображающее картину и сюжет. Я наконец вижу!». Да, поэт — это вдохновитель. Он также альтруист, ведь выжимает все, что есть в нем, в метафоры, сравнения, гротески, способные лечить души и умы. Поэтому истинному поэту не надлежит непосредственное сиюминутное признание. Он не творит ради славы, восклицаний и толпы поклонников. Он творит, как Мессия, которому жизненно необходимо что-то донести на этот свет. Именно об этом написал как-то главный редактор «Литературных известий» Евгений Степанов:

Смысл жизни в том, чтобы постепенно отдать все, что у тебя есть.
Теперь я это знаю точно.

Поразительно лаконично выражена в этих строках суть жизни человека, а в особенности поэта и писателя.
Данное лирическое отступление является вполне, можно сказать, нестандартным предисловием к раскрытию загадки «Степного трилистника». Оказывается, не все так просто с авторством данного произведения. На обложке книги указаны два автора: Лидия Григорьева и Роза Виноградова. Лидию Григорьеву мы знаем. Она — известный поэт, состоит в Союзе российских писателей, Союзе писателей XXI века. А вот кто такая Роза Виноградова? Мы что-нибудь слышали о ней? Может, кто-нибудь с ней знаком? В таком случае непременно напишите в редакцию! Даже социальные сети не дали никакой адекватной информации, сплошной пустырь. По идее, ее произведения, ныне нами разбираемые, — рукопись, присланная Лидии Григорьевой как напоминание о «степных запахах, свисте суслика и ворчании перепелок в густых хлебах»… Странно! Григорьева их и публикует. По-иному это можно назвать так: «Стихи Розы Виноградовой в интерпретации Лидии Григорьевой», — дословное цитирование из напечатанной книги. Но вот вопрос: а существует ли на самом деле эта вдохновленная молодая особа из Таганрога? Не является ли она плодом фантазии самой Лидии Григорьевой, решившей оживить написанное прекрасным двадцатилетним возрастом?.. Лидия Григорьева словно бы проводница Розы в мир литературы, дающая зеленому, подающему надежды ростку почву и питающая его необходимыми удобрениями-знаниями. Не секрет, что оба этих лица тесно связаны, словно мысль и голос, идея и бумага. Несмотря на абсолютно разные возрасты и жизненный опыт, Берлинская стена между ними рушится на глазах: как раз таки их тесное взаимодействие рождает необходимый и уникальный образ лирического героя, пропитанный душой студентки-провинциалки, самоироничной и порхающей между строк трилистника, и ее опытной наставницы. Появляется загадочная (суб)личность, обитающая за кадром. На обложке книги мы можем видеть лишь одну фигуру, что подталкивает нас на мысль о том… Впрочем, как ни странно, лучше оставить этот вопрос открытым. Да! Ведь, возвращаясь к длинному предисловию об истинных творцах, автор не должен кичиться собственным лицом и именем, автор прежде всего должен просто ПЕРЕДАТЬ…
Цель — рассказать, удивить, заставить задуматься, а это у Лидии (или Розы?) получилось явно и с лихвой. Тогда какая разница, чье это творение?..
Вероятно, именно такая мысль и осела на страницах трилистника. А вообще, читателю необходимо изучить эту книгу от начала и до конца, чтобы поразмышлять над этой интересной метафорой и, может быть, даже найти ответ (свой собственный).
Про эту небольшую, но насыщенную сюжетами книгу можно писать еще долго. Однако пора остановиться. В написанном здесь совсем не приоткрыта завеса романтической линии, не затронута тема отношения героини к городу и интернету. Все это пусть представится читателю неизвестным до полного погружения в произведение.
Итак, являясь первым (не побоюсь этого слова!) в своем роде подобным произведением, «Степной трилистник. My universe» не может оставить равнодушной ни двадцатилетнюю чувственную девушку, ни взрослую умную женщину, ни ее супруга, решившего вдруг тоже копнуть глубже в обозрении этой загадки… (В данном случае надо позволить мужчине проявить весь свой потенциал в дедукции — кто знает, где и когда объявится второй Шерлок Холмс?) И даже если читатель далек от детективов Конан Дойла, ему все равно будет невероятно любопытно мысленно пронестись над ландшафтами степного Приазовья, где растет молочай да ковыль, над цветами кружит узорчатый махаон, а мимо станции проходят железнодорожные составы, «груженые арбузами». Ох, и аромат же там!
Словом, в этой книге в любом случае очень много любви, а ей, как известно, все возрасты покорны.

Мария НИКИФОРОВА,
студентка 2 курса факультета журналистики МГУ



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.