Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 01 (69), 2011 г.



Марина Савиных: "Поэзия — последний бастион духа"

Марина Саввиных — замечательная поэтесса, а также редактор крупнейшего литературного журнала Сибири "День и Ночь".

О творчестве, о роли поэзии в жизни общества, издательских делах с ней беседует Евгений Степанов.

— Марина, Вы известный поэт, и вот стали издавать журнал. Зачем Вам это надо?


— Спасибо, Евгений, за такую лестную "преференцию" к общению с читателями… "Известный поэт" в нашей аморфной действительности — понятие настолько растяжимое, что почти не влияет на личное (прежде всего, моральное, конечно) благополучие и судьбу. Другое дело — журнал, особенно такой, как "День и Ночь". Тут сосредоточены вещи — как раз сущностные…

Мне, видимо, от природы (по наследству досталось от далекого предка — крупного сибирского золотопромышленника и мецената) нравится сам процесс производства каких-то социальных феноменов. Когда в 2007 году редакцию "Дня и Ночи" постигла неожиданная катастрофа — умер главный редактор, душа и разум журнала — Роман Солнцев, — я видела, конечно, что, скорей всего, мне придется взять на себя ответственность за начатое им дело, если я хочу, чтобы оно продолжалось… подхватить "День и Ночь" тогда было некому, все это понимали — и журнал фактически был оплакан и похоронен общественным мнением едва ли не в день прощания с Романом Харисовичем. Я это видела, но представить себя главным редактором "ДиН"?!. Со ступеньки одного их трех солнцевских замов роль главного я на себя никогда не примеряла. Хотя к этому времени у меня уже был опыт проектирования и создания организаций (а журнал — это все-таки творческая организация: коллектив, инфраструктура и т.д., и т.п.). В 1996 году мы с харьковским педагогом (он тогда работал в Красноярске) С. Ю. Кургановым придумали литературную спецшколу (бывают же физико-математические, музыкальные, балетные спецшколы…), проект на бумаге был готов уже к 97-му (в 99-м он получил грант Фонда Сороса). А дальше — я вплотную столкнулась с тем, как у нас идеи воплощаются в жизнь. Мне, конечно, помогали — авторитет Солнцева — с ним идея литературной школы обсуждалась еще до моего знакомства с Кургановым — и особенно Астафьева, к которым я прибегала, когда мои попытки заходили в тупик, сделали свое дело, но основной груз проблем мне пришлось вынести все же на собственных плечах, и я кое-что стала понимать о "производстве социальных феноменов". Самым удачным из них до сих пор остается Красноярский литературный лицей. Но не только. К 2007-му в моем "активе" уже были и газета для школьников "Детский район" (она до сих пор выходит приложением к Красноярской муниципальной газете "Городские новости"; руководит ею писательница Лена Тимченко, моя преемница на этом посту), и несколько книжных серий, и литературные конкурсы… в общем, как совершаются поступки в книжном и журнальном мире, как завоевываются и сдаются позиции на этом поприще страстей — я к тому времени уже более или менее понимала. Поэтому, когда закончился срок субсидии Фонда Прохорова, которая была получена еще Солнцевым и которую мы отработали до конца 2007-го года, я решила, что журналом займусь вплотную. Чего бы мне это ни стоило. Денег не было. Видов на будущее у журнала никаких не было. Команда пребывала в растерянности и упадке. Но… Вам же знаком этот азарт! "Если не я, то кто?". Гениальный психолог Вадим Петровский детально разработал теорию "неадаптивной активности". Мое "шевеление" в мире, похоже, ею как раз и описывается. Этот — чисто человеческий уже — инстинкт приносит — в случае удовлетворения — ни с чем не сравнимое удовольствие. Так что, если мне "это надо", то, наверное, — из чисто гедонистических побуждений.

— Расскажите поподробнее о журнале!

— Это все равно, что пересказать своими словами "Анну Каренину"… Однако — попробую. Писатель Эдуард Русаков мне рассказывал, что идея создания в Красноярске литературного "толстяка" не хуже московских пришла в голову сразу нескольким людям. Но довести ее до ума и воплощения удалось именно Солнцеву. Может быть, потому, что тогда, в 93-м, он, в качестве советника губернатора, не только мог заручиться поддержкой краевой власти, но и привлечь инвестиции со стороны крупного бизнеса. Среди отцов-основателей журнала надо бы назвать, кроме самого Романа Харисовича и Виктора Петровича Астафьева (на ринге культуры — свои тяжеловесы!), еще и Льва Логинова, который возглавлял в те годы Красноярский завод комбайнов. Человека, кстати, далеко не чуждого литературных амбиций. Так возникло это потрясающее явление — поддерживаемый государством и, тем не менее, привлекающий инвестиции из самых разных источников независимый частный литературный журнал, ориентирующийся на демократические, в самом лучшем смысле слова, настроения читающей публики. Подчеркиваю: "День и Ночь" никогда не был органом какой-либо государственной или партийной структуры. С краевой ли, центральной ли властью, с Фондами или другими благотворителями поддерживались исключительно партнерские отношения. Поэтому дух творческой свободы с самого начала был и условием существования журнала, и наиважнейшей ценностью редакционного коллектива. Поначалу в нем печатались острейшие публицистические материалы — против сплава леса по реке Мана, против строительства завода по переработке ядерных отходов на территории края… в нем печатались главы из еще не опубликованного тогда романа Астафьева "Прокляты и убиты". Было много фантастики — в основном, "постстругацкого" толка. То есть, подспудно, не выпячивая, но определенную идеологическую линию журнал все-таки держал. И если бы определение "либерально-демократический" не было у нас извращено и опошлено в связи с вполне конкретными фигурами и политическими установками, я бы назвала общее направление "Дня и Ночи" как раз либерально-демократическим. Редакция журнала всегда стремилась к тому, чтобы его публикации отражали мир и культуру во всей их широте и многополярности. Поэтому — "День" и "Ночь". Географически: от Нью-Йорка до Калининграда и Мюнхена, от Камчатки до Рязани и Астрахани — авторы и читатели журнала сегодня представляют практически весь русскоязычный мир; когда на одном краю всходит солнце, на другом — оно уже садится. "Поколенчески" — расчет, так сказать, на "стар и млад". Отсюда и подзаголовок "для семейного чтения". Нам бы хотелось, чтобы "День и Ночь" читали и пенсионеры, и подростки. И, конечно, эстетически — от неотрадиционализма до пост-авангарда. Ибо всякое направление современной словесности имеет свои вершины, достойные созерцания. Это вовсе не означает, что мы художественно "всеядны". Критерии отбора рукописей у нас не мягче, чем в любом из московских "толстяков". Просто мы, как мне кажется, гораздо более открыты и не зашорены столичными предвзятостями. Когда речь идет о публикации в "Дне и Ночи", социальный статус, членство и лауреатство претендента не имеют никакого значения. Ну, разве что в особых и крайних случаях… Поэтому нам удается находить потрясающе талантливых, хотя иной раз и малоизвестных авторов.

Сегодня "День и Ночь" переживает стадию бурного развития. Это журнал не просто современный, учитывающий в редакционной политике, дизайне и общей структуре издания вызовы виртуального мира, в котором давно уже сформировались собственные принципы и меры бытия литературного текста. Это журнал, претендующий на определенное общественное влияние. Номер за номером мы возвращаемся к острой публицистике, к обнародованию ярких моментов нынешней литературной борьбы (надо повернуть людей к тем образцам интеллигентной и честной взаимной критики, которая сейчас, благодаря издержкам блогосферы, совершенно утрачена; критиковать друг друга — это ведь не значит выливать на оппонента ушаты грязи и сопровождать каждое движение матерными пассажами!). Мы налаживаем обратную связь с читателями — вводим новые рубрики, "Клуб читателей", например; общаемся с авторами и публикой в социальных сетях… в общем, стараемся использовать все доступные на текущий момент технические средства, чтобы поддерживать самые лучшие, жизнеспособные и гуманистические тенденции литературного процесса.

И еще — очень важно. "День и Ночь" — журнал для чтения. Менее всего он рассчитан на удовлетворение чьих-то авторских амбиций. Когда я рассматриваю рукопись, предназначенную для публикации, я, прежде всего, сужу о ее "читабельности". Весьма изрядное количество таких рукописей подогревает во мне надежду, что рано или поздно "не милорда глупого", а настоящую — высокохудожественную — современную книгу наш читатель "с базара понесет". И журнал литературный будут покупать… хотя и верится в это с трудом, но очень хочется верить. Вот и работаем в этом направлении.

— Есть ли все-таки оторванность у сибиряков от литературного процесса? Или сибирякам есть, где печататься?

— Знаете, Евгений, мои наблюдения последних лет свидетельствуют об очень важных сдвигах в самом этом процессе, по крайней мере, в той его составляющей, которая связана с литературными журналами. Все изменилось! Московские звезды перестали играть "первую скрипку" в этом оркестре. То, что уже было названо "нестоличной литературой", разливанное море самодеятельной (самодельной?) словесности, в своем беспрерывном движении прямо на глазах сепарируется — в нем обозначился вполне профессиональный верхний слой, вполне сопоставимый и уже реально конкурирующий с шеренгой "раскрученных" фигур, которые предлагаются (или — навязываются?) публике Москвой. Пожалуй, около полусотни имен русских поэтов и писателей, живущих по всему миру, можно встретить чуть ли не во всех рейтингах, антологиях и списках публикаций заметных журналов. Это — принципиально и не "столичное", и не "региональное" явление. Это — не побоюсь пафоса — репрезентация русской художественной словесности, не ограниченной никакими территориальными рамками. На мой взгляд, одно из интереснейших следствий взаимовлияния сетевой и бумажной литератур. Поэтому говорить об оторванности сибиряков от литературного процесса не приходится. Нынче пишущему-читающему человеку надо специально исхитриться, чтобы оказаться вне его. Провинциальные журналы, мало того, что год от года усиливают активность, привлекая на свои страницы самых разных — иногда очень ярких! — авторов, они еще и проявляют сильнейшую тягу к консолидации. Образуется — тоже прямо сейчас, сегодня — некая журнальная "омега"… помните Тейяр де Шардена?.. глобальное русскоязычное журнальное сообщество, которое, в отличие от закосневшей в предрассудках "метрополии", — полно жизни, движения, отличается здоровым метаболизмом и, что очень важно, притягивает к себе высокопрофессиональные силы, по разным причинам в прежние годы выбывшие из игры… Появляются новые "диктаторы хорошего вкуса" и "литературной моды". А значит — и некая "шкала" качества, которая позволяет читателю ориентироваться в этом пространстве. Роль Журнального зала здесь, по-моему, невозможно переоценить! Но это ведь только начало. Ему подобные проекты будут возникать и дальше, как возникли Читальный зал и Мегалит…

Беседу вел Евгений СТЕПАНОВ
(В полном объеме интервью Марины Саввиных читайте в журнале "Дети Ра", № 1, 2011)



 
 




Литые диски Италия wsp italy replica интернет магазин литых дисков.
      ©Вест Консалтинг 2008 г.