Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Видео

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 08 (172), 2019 г.



Эльдар АХАДОВ



ГЛАЗА В ГЛАЗА



Эльдар Ахадов — поэт, прозаик. Родился в 1960 году в Баку. Окончил Ленинградский горный институт. Автор многих книг стихов и прозы. Публиковался в журналах "Дети Ра", "День и Ночь", "Молодая гвардия", "Сибирские огни" и многих других.



ДЕВЯТЬ ЖИЗНЕЙ

Девять жизней за моей спиной —
Жизней тех, кто вслед идет за мной.
Что бы ни случилось на пути,
Мне нельзя и думать не дойти.
Ни упасть, ни крикнуть "Не могу!"
И зарыться где-нибудь в снегу,
И сказать "я выдохся, друзья" —
Можно всем, и только мне — нельзя.
Мне нельзя: за мной идут сквозь снег
Девять жизней, девять человек.
Если же совсем не станет сил,
Об одном бы Бога я просил:
Чтобы Он средь ветра и зимы
Ненадолго дал их мне взаймы,
Чтоб дошли до дома и огня
Девять жизней, верящих в меня.



* * *

И плакали о нем, о воде его, о хлебе его.
Вот дом твой и близкие твои,
И стада твои, и колодцы твои,
И лозы твои, и смоквы твои.
А тебя нет здесь.
И воды твоей, и хлеба твоего нет здесь…
И нет здесь жизни.
Вернись.
Три дня плач и пепел во мгле.
Дым и ветер на три дня пути.
И явился сон.
И сделался явью во сне.
И стала явь.
Не плачьте.
Вот хлеб мой и вода моя.
И смоквы мои, и лозы, и колодцы, и стада,
И близкие мои, и дом мой с вами.
И я здесь.
И мглы нет на земле. И свет отовсюду.
Ибо любовь моя с вами.
И днесь. И присно. И вовеки веков…



* * *

Что известно нам о человеке?
Меньше, чем о листьях на ветру.
Если я родился в прошлом веке,
Значит, в этом веке я умру.
И когда придет пора прощаться
Навсегда с другими и с собой,
Вспомню о трепещущих от счастья
Листьях над равниной голубой.



* * *

За щедрое сердце и честное слово
Порой оставляют без денег и крова.
Над тем, что спасают и жизнь отдают,
Бывает, смеются и в спины плюют.
Но если случится беда хоть какая,
И жизнь почернеет от края до края,
Их тут же припомнят... и явятся снова
Открытое сердце и честное слово.



* * *

И если я — вода, то пусть вода течет
Отсюда и туда, куда ее влечет
Рыбацкое весло, наклон земной оси…
Того, что истекло, вернуться не проси.
И если ты — огонь, то пусть огонь горит.
Смотри, как сквозь ладонь он с ветром говорит,
Что даже без меня со мною ты везде,
Как отблески огня в невидимой воде.



* * *

Я сегодня речь сказать —
Не большой мудрец.
Этой ночью год назад
Умер мой отец.
Плох он был или хорош —
Не ищу словца:
Миг — и год прошел, как дождь.
...Год, как нет отца.



* * *

Обо мне забудут сразу.
Ну, и правильно. На кой
Помнить всякую заразу?
Кто я, собственно, такой?
Только вынесут из комнат,
Словно мусор из ведра,
И никто уже не вспомнит:
Кто тут жил еще вчера.
Год пройдет. Промчатся десять.
Миллиарды лет мелькнут...
И кого какие дети
Или внуки помянут?
Кто там был и кто там не был:
Все исчезнет, как и я,
Глубоко зарытый в небо
Для иного бытия,
Где любой кому-то нужен
И никем незаменим...
Загляни ко мне на ужин:
Посидим, поговорим.



* * *

Сколько воды в реке?..
Сколько — в твоей руке?..
Та, что в реке, — как лед.
Та, что в руке, — как мед.
С заутра до темна
Пил бы ее до дна.
Пил бы с твоей руки,
Словно со дна реки,
Сутками напролет —
Сладкую, словно мед...



МЕРТВОЕ МОРЕ

Великое мертвое море —
Рожденное солью вино...
И счастья людского, и горя
Сполна нагляделось оно.
Вверяясь уделу иному,
Издревле — века и века —
От мертвого моря к живому
Стремится людская река.
И каждому видится чудо
В едва различимой дали:
Из воздуха, из ниоткуда —
Оркестры, цветы, корабли...
И волны бурлят на просторе,
Хмелеют, сливаясь в одно
Великое мертвое море —
Рожденное солью вино...



АЗАН

Спит земля во тьме глубокой ночи.
Вечность и безмолвие вокруг.
Словно свет сквозь сомкнутые очи,
В небо проникает первый звук.
И оно, как дрогнувшее веко,
Стряхивает звездную пыльцу...
Одинокий голос человека
Вьется и возносится к Творцу.



* * *

Едва грозы рассеялись мгновенья,
Глядит сырая ветреная высь
На облако в оконном отраженье
И ливнем огорошенный карниз,
Глядит в озера, лужицы и лица
Так, словно бередит ее покой
Все, что живет, клокочет и таится
В водоворотах памяти людской.



* * *

Левые бьют меня за то, что я правый.
Правые бьют меня за то, что я левый.
И каждый гордится придуманной славой,
Пользуясь ею, как девственной плевой.

А я бреду по снегам и по травам,
А я живу меж землею и небом.
И не пристраиваюсь к правым.
И не прикидываюсь левым.

 



* * *

Не спеши за осенью златой,
У нее характер шибко пестрый.
Под ее редеющей фатой
Машет ветер сабелькою острой.
Прячась в зацелованной тиши,
За сухими листьями не бегай...
Приближать невольно не спеши
Миг метели первой серо-пегой.
Все своим случится чередом,
Будет только так и не иначе:
Первые сугробы, спящий дом
И очки, забытые на даче..



НЕПОЛНАЯ СЕМЬЯ

Ты без меня — неполная семья.
Я без тебя — неполная семья.
Мучительно признание невольное:
Пока не вместе, стало быть, неполная.
Пока не вместе — ныне, присно, днесь:
И ты не вся, и я еще не весь.



* * *

Грохочут пушки. Гремит фокстрот.
Горят деревни и письмена…
И только дерево так и ждет,
Когда ты выглянешь из окна.
Темнеет разум. Крошится лед.
Восходит огненная луна.
И только дерево ждет и ждет,
Когда ты выглянешь из окна.
Ты бродишь сутками напролет:
Вперед — стена, и назад — стена.
Все плохо… Только дерево ждет,
Когда ж ты выглянешь из окна.
Разверзлось эхо, как бездна вод,
Исчезли, рухнули времена…
А это дерево так и ждет,
Когда ты выглянешь из окна.
Ты выпал снегом, как шепот нот,
И слился с шорохом темноты.
А это дерево так и ждет…
Оно такое же, как и ты.



* * *

Как молния — глаза в глаза —
Пронзительно и безнадежно,
Любви внезапная гроза
Душой командует мятежно.
Кромсая плоть кипящих луж,
Отверзшаяся, словно залежь,
Она берется вновь за гуж,
Во всем надеясь на себя лишь.
Взметнется, жизни не щадя,
И стихнет, громом истекая...
Лишь в окнах искорки дождя
Да в камне жила золотая.



* * *

Он Небо называл своим отцом,
Любое дело доводил до точки,
Считаясь нежелательным лицом
Среди на рты накинувших платочки,
Среди телячьи ведавших права,
Чьи мысли стали стройными, как ноги,
Среди его казнивших за слова,
Как за убийство на большой дороге.
Он перед смертью вымок и продрог,
Толпа укрылась в хижинах и саклях.
И стало тихо. Плакал только Бог.
И только Небо отражалось в каплях.



* * *

Человек, похожий на меня,
Пересек пустыни океана,
Не умел садиться на коня,
Но легко спускался из вимана
Человек, похожий на меня...
Человек, похожий на меня,
Ждал весны под песенку синичью,
Сроду не охотился за дичью,
Видел звезды среди бела дня
Человек, похожий на меня.
Он творил словами из огня,
И сгибался надвое от ветра,
И влюблялся всюду безответно —
Человек, похожий на меня.
Грохот волн, оваций торжество —
Все перемешалось в ритме вальса!..
Он ушел, но здесь еще остался
Человек, похожий на него.



* * *

Сквозь меня проходит человек.
Сквозь ушко игольное проходит,
Сквозь бумагу, стену, город, век…
Ничего святого не находит
И в себя уходит человек.
Как ему живется там, в себе?
Скорлупой укрытый, что он видит?
Может быть, играет на трубе?
Может, никуда уже не выйдет?
А внутри ни звука, ни огня.
И невольно кажется все чаще:
Человек, прошедший сквозь меня,
Это я, но только — настоящий.



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.