Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 10 (150), 2017 г.



Анатолий Кудрявицкий.
«Книга гиммиков, или Двухголовый человек и бумажная жизнь»



М.: Издательство Евгения Степанова, 2017

В современной отечественной литературе широкое распространение получила стихопроза. Прозаическое начало в произведениях подобного рода смягчено, однако не настолько чтобы текст распался на верлибристические строки. В то же время, поэтическая составляющая усилена. Небольшой объем произведений изобилует выразительными средствами, свойственными лирике: яркая эмоциональность, богатая изобразительность, подвижность, пластичность связи между «конкретным» смыслом и условным образом. По сути, это поэзия, прозаические они лишь по форме. Таков сборник Анатолия Кудрявицкого, вышедший в книжной серии «Авангранды».
Альтернативный заголовок дает понять, что под обложкой заключены многослойные тексты. И правда. Иноязычное существительное «гиммик» используется в глоссарии как рекламщиков, так и цирковых артистов (фактически, это родственные профессии, призванные сбивать с толку и выдавать желаемое за действительное). Гиммик (от англ.gimmick — хитроумное приспособление) — в среде фокусников-иллюзионистов этот профессионализм означает секретное устройство, используемое для достижения эффекта иллюзорности.  А в нашем случае впечатление насыщенного текста достигается за счет богатейшего лексикона, помноженного на талант словотворчества автора.
Индивидуально-стилистические неологизмы обычно создаются писателями, поэтами для придания образности художественному тексту. Языковой неологизм осознается носителем языка как свежее, только что появившееся слово, обладающее органичной и неповторимой формой. Эти выдумки редко выходят за рамки авторского контекста, зачастую остаются свойством индивидуального стиля, но их яркость и новизна не утрачиваются. В своем творчестве Анатолий Кудрявицкий очень часто использует новые слова, не зафиксированные ни в каком лексикографическом источнике. Это одновременно пугает и притягивает. Поначалу непривычно читать такие строки:
«Редуктор Малзолей был пернатолюб. Его гребень рдел, когда к нему подкудахтывалась очередная пухлокурочка. Курочки лапописали, редуктор писанное лорнетировал, особенно если ему оголяли потрогать подкрылья. Потоптав стихописку, он зашпоривал ее катеринчики на ленту безвременья, уходящую куда-то в околословесную даль, где туман не может надышаться на параднопортреты початных виршеписов».
Выражение иронического отношения к действительности — практически основное настроение сборника. Мы видим, как изящно в четырех предложениях вырисовывается объемная насмешка над издательскими буднями. Для представленных в сборнике произведений характерна предельная насыщенность лексики, оправленная в лаконизм текста. В этих коротких стихопрозотворениях в сложную конструкцию увязаны причудливые ассоциации, сопровождаемые филигранной звукописью.
Как сказал о Кудрявицком Бродский, поэт «описывает неописуемое, и вполне убедительно». Пусть непривычность формы смущает, но отсутствие границ, диффузное проникновение друг в друга жанров стихов и прозы обостряет воображение и держит читателя в напряжении. Кудрявицкий бывает вызывающе натуралистичен (см. прозостих «Ротическая драма»), но, в целом, тексты на грани стихов и прозы глубоко символичны. Автор словно раскачивает материю: линейная и хаотичная, две основы, сливаясь, создают ощущение зыбучего песка.

Любое прозаическое произведение невозможно без разрешения конфликта, а стихотворение  — без эмоций и чувств. Сюжетность прозостихов Кудрявицкого мелодична, в ней все звучит и пульсирует. Синтез порядка и хаоса обрывается на самом интересном месте. Это особенность стихопрозы: разрядка должна наступить на пике напряжения. Кроме того, конец никогда не оборачивается хэппи-эндом. Точка у Кудрявицкого — это начало многоточия, финал произведения всегда таит в себе тайну и недосказанность, как, скажем, в приведенном отрывке из текста  «Практикум по отсутствию»:
«Мой излюбленный прием — отсутствие на групповых фотографиях, как бы случайное, — продолжал Калиостро. — Вам будет хорошо удаваться полное и безвозвратное отсутствие, потому что рано или поздно оно удается каждому».
Вот он, русский символизм во всей своей красе. Условно и метафорично обрисовал суть эмиграции русский и англоязычный поэт, много лет живущий в Ирландии. Так же метко он отзывается и о России. Новаторская форма более всего напоминает развернутый афоризм:
Эхо говорит ласковым русским голосом. Если эхо говорит не русским голосом, это не наше эхо. Если эхо говорит русским, но не ласковым голосом, это эхо суровых лет России.
Хочется также провести параллель между прозостихом «Особенности визуализации», блестяще исполненном автором, и романом-памфлетом «Путешествие Гулливера». Но если у Свифта тупоконечные ведут войну с остроконечными, то у Кудрявицкого близорукие воюют с дальнозоркими. Аллегорическое изображение бессмысленного противоборства на идеологической почве выполнено изящно и немногословно. Поэт верен себе: великая битва спрессована в два абзаца. Финал этой истории драматичен:
«На разбитой тропе, ведущей из города, навстречу мне один за другим брели пропавшие дети, чьи фотографии я утром видел в газете. Почти прозрачная девочка в очках, лет пятнадцати, спросила меня: «Вы уверены, что идете в правильном направлении?»
Этот вопрос человек, желающий следовать своему предназначению, должен задавать себе ежедневно, ежечасно. Такой человек, чувствительный, тонкий, пробирается по своему пути ощупью. На этом пути возможно, в том числе, и увязание в зыбучем песке. Но чего точно не может быть, так это стабильности. Прямая линия — это смерть. Колебания кардиограммы — жизнь. «В состоянии неуверенности зарождается свобода» — напутствует нас гипнотизирующая стихопроза Анатолия Кудрявицкого.

Ольга ЕФИМОВА



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.