Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 10 (138), 2016 г.



Сергей Попов
"Конь в пальто"



М.: "Вест-Консалтинг", 2014

Воронежский поэт Сергей Попов — известный многим, замечательный мастер слова, о чем свидетельствуют его многочисленные публикации и разнообразные литературные премии. Только в издательстве "Вест-Консалтинг" вышло уже несколько поэтических сборников С. Попова, и это лишний раз говорит о том, что творчество поэта востребовано читателем.
Все характерные особенности поэтического языка С. Попова в изобилии присутствуют и в книге с ироническим названием "Конь в пальто". Надо сказать, что поэт с удовольствием и весьма убедительно использует подобные просторечные выражения, часто прибегает и к архаичной лексике. Примеров тому в книге великое множество. "Рассудок это наяву переварить не дюж", "Славно мерить тутошний разброд", "Смаргивай да помалкивай", "Блазнится зыбкий прибыток света", "На рубеже меж присно и вчера", включая самое любимое поэтом и наиболее часто повторяемое "оплечь". Все эти литературные приемы, безусловно, делают поэтический язык С. Попова оригинальным и очень узнаваемым. Думается, что авторство данных стихов можно легко определить по их особой выразительности.
Сергей Попов — выдающийся мастер метафоры и авторских неологизмов. Многие чрезвычайно интересны, если можно так выразиться — "вкусны", их хочется пробовать на язык. Тем более, что они зачастую "сдобрены" приемом аллитерации ("прозябанье зяблика"; "воргуля воглглым бликом" и т. п.) и имеют четко выраженный ритм: порой резкий и обрывистый, порой тягучий и медлительный. Читатель просто видит это — как "сон средь стеблей тишины цветет", как "тишина висит на ржавых ружьях огородных пугал", как "лебеда ушами машет", как "ткутся узоры замысла прямо по мге дремучей", как "в глуши лягушек и лещин взирают сирые обрывы на гиблый перечень причин"…
Авторские неологизмы поэта неожиданны, экспрессивны и кажутся вполне оправданными. Наверно, в той или иной ситуации по-другому просто не скажешь: "вывески скос сельмаговый", "прошвырки ради", "огрузлый август", "человеки с трибуны корючили речь", "в лошажьем раже дурик-пересмешник"…
Все литературные приемы, которыми пользуется поэт, призваны помочь воссоздать атмосферу, в которой существует, живет, выживает, умирает и вновь возрождается лирический герой практически всех поэтических сборников
С. Попова, — в провинциальном городке, давно изученном и пройденном вдоль и поперек, привыкшем к определенному укладу жизни и не склонному к переменам.

Теперь тут не купается никто,
Все затянуло ряской и осокой.
И только конь в поношенном пальто
Среди травы шатается высокой.

Сутулит спину, жмется к озерку,
тупым копытом вяло землю роет
на полпути к навесу-козырьку,
где дыбится столетний рубероид…

Насколько же внутренний мир лирического героя богаче этого окружения, если и в таком минорном пейзаже он черпает свое вдохновение, преобразуя, переплавляя все, что видит и чувствует, в непокорную стихию стихов, в хоть и неоднозначный, какой-то брейгелевский порой, но все же праздник. Праздник не тела, праздник ума и души.

Тучи летят наобум над крышами.
Направленье угадаешь разве?
Раз стопарик, да два стопарик — такое вспомнится,
Что отродясь не бывало, а ведь могло быть.
Счастье бездумное, юных объятий вольница.
Смотришь и видишь, но не кусаешь локоть.
Не было, было, сбылось, обошлось безумьем —
экая разница: в памяти все едино.
Звуки сливаются в резкий внезапный зуммер.
Пасмурно время и бездна непроходима…

Даже небольшое путешествие, отдых, например, в санатории, смена обстановки — становятся мощным источником для всплеска поэтической энергии, способной сотворить стихи, по уровню своему близкие к высокой гениальности.

сентябрь расходится по озеру,
сигналя листьями помятыми
отпускнику и стаду козьему.
В зоологической прострации
и ботаническом унынии
резвятся выцветшие грации,
и выцветают дали синие…

Неудивительно, что наиболее привычное состояние лирического героя — одиночество, которое с течением лет воспринимается им как нечто неотъемлемое, то, что необходимо принять и освоить как проявление жизни как таковой, которая и мудрей человека, и сильней, и неотвратимей. Но сквозь горькую самоиронию пожившего и много понявшего человека все равно ярко просвечивает ранимая поэтическая душа: "и шаришь взором как помешанный / тупым исполненный томленьем / светя заслуженной проплешиной / последующим поколеньям / любимы шалыми и павшими / все ищем в прошлом отраженье / ну да поэты ходят парами / откликнись сделай одолженье".
Думается, немало читателей откликнутся на поэтический месседж Сергея Попова, которым является рецензируемая книга.

Ольга ДЕНИСОВА



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.