Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 08 (136), 2016 г.



Людмила САНИЦКАЯ
ПЕРЕДЕЛКИНСКИЕ СТРОФЫ

 



Людмила Николаевна Саницкая — кандидат медицинских наук, врач высшей категории. Занимается литературой в течение многих лет — пишет лирические стихи, очерки, биографические эссе. Автор шести поэтических сборников и книги мемуарной прозы "Вверх по ручью". Публиковалась в журналах "Юность", "Простор", международных альманахах "Муза", "Связующее слово", "Золотое руно", "Зарубежные задворки" (Германия), альманахах "Московский год поэзии" ("Литературная газета", 2013 г.), "Синева на крылах", "Небеса любви", "Краски жизни", "Стихотворный светоч", "Мы рождены для вдохновенья", "То пятое время года", "Судьба России", "Витражи". Публикуется в периодической печати, постоянный автор литературной страницы "Медицинской газеты".
Людмила Саницкая — член Союза писателей России и Международного сообщества писателей России, Союза писателей ХХI века, член Литературного клуба "Московитянка" Центрального Дома литераторов, Литературного объединения Центрального Дома ученых "ЛИТО на Пречистенке".
Является лауреатом литературных премий им. А. С. Грибоедова, М. Ю. Лермонтова, С. А. Есенина и М. А. Булгакова, номинант премии "Писатель ХХI века".



ПЕРЕДЕЛКИНО, 1999

Шуршанье шелковое шин
Да самолетов гул тяжелый...
Но щебет ласточек веселый,
Но свет рубиновых рябин!..

Огромный город раскален
И, приближаясь, дышит в спину...
Но иван-чая взор невинный,
Но колокольцев тихий звон!..

Среди заоблачных громад,
Теснящих старые погосты —
Нетронутый зеленый остров,
Не срубленный вишневый сад!..

Здесь утра свежи от росы,
А вечера благоуханны...
Здесь луг купается в туманах,
И медлят речи и часы.

А после истеченья дня
Закаты розовы и алы...
Истоки наши и начала,
России тонкая струна.



ДОМ ТВОРЧЕСТВА. ПЕРЕДЕЛКИНО, 2005

Когда движеньем колеса
Фортуна выдала удачу,
На переделкинские дачи
Взор обратили небеса.

И проявился старый дом
С открытой книгой на фронтоне,
И побеленные колонны,
И тень ракиты над прудом.

Здесь вековые дерева
Слились в зеленые чертоги,
Богини мудрые и боги
Творили вечные слова.

Неделя минула, как час.
Светило близилось к закату.
Исчезла юная Эрато…
Был август.
День шестой.
Парнас.



ДОМ ТВОРЧЕСТВА. ПЕРЕДЕЛКИНО, 2013

Все тот же Дом, пленяя и маня
наивностью и ветхостью ампирной,
всегда не замечающий меня
в задумчивом молчании надмирном.

Он так же светит сквозь узор листвы
молочной белизною колоннады.
А мне довольно гроз, дождя, травы,
чтоб стать своей в запущенности сада

и поспешить захлопнуть ноутбук
и в путь пуститься по сырой тропинке…
А ночью слушать отдаленный стук
старинной, верной пишущей машинки.



МАНЬЧЖУРСКИЙ ОРЕХ

Мне, пришлой гостье, неумехе,
Собравшей рифм минорных горсть,
Внимало дерево ореха,
Что тоже тут, пожалуй, гость.

Свидетель, слушатель, болельщик
За всех, кто жил здесь и живет, –
Орех маньчжурский — перебежчик
Из экзотических широт.

Поклонник малых и великих,
Имен классических и дел,
Чьи лица, а вернее — лики
Хранитель-Дом запечатлел,

Орех все ниже гнется долу,
Роняя острые листы,
Но вновь и вновь приносит Дому
Плоды эдемской красоты.



ПРУД В ПЕРЕДЕЛКИНЕ

Заросший, тинистый, тенистый,
коричневый, как палый лист,
пруд за ракитой серебристой
давно забыл, что он был чист,
что он с бульваром Чистопрудным
знавался, будучи прудом,
и отражал светло и чудно
и парк, и облако, и Дом.

Уходит в илистое ложе
его стоячая вода
и ждет: а может быть, а может?..
Но, Боже мой, когда? Когда?..



*   *   *

Высоких сосен розовые струны
Натянуты меж небом и травой,
И влажный ветер, музыкант безумный,
С утра сегодня будто сам не свой.

Разносит по строениям и весям
Дождь в сочетанье с солнечным лучом.
А в целом день, хоть и промок, но весел,
И нам его ненастье нипочем,

И мы живем, вооружась зонтами,
Меж небом, солнцем, соснами, дождем
И знаем — все случившееся с нами
Пребудет вновь и завтра, и потом.



ПЕРЕДЕЛКИНСКИЙ ФОНАРЬ

Фонарь — большое яблоко стекла –
был набок сбит и криво нахлобучен.
ненастьем и вандалами измучен,
он не сулил ни света, ни тепла.

В подножии, меж стеблями травы,
блестел янтарь — бутылка из-под пива,
и заросли малины и крапивы
вольготно жили под шатром листвы.

Но летний вечер, пряный и густой,
зажег закат и к фонарю спустился —
и тот вздохнул и тихо засветился,
и поднял голову, любуясь красотой.

А по соседству сосны и дубы
шумели над стеклянной головою...
И чудилось — фонарные столбы
к утру пойдут зеленою листвою.



ДОМ ТВОРЧЕСТВА. ПЕРЕДЕЛКИНО, 2014

Ветшает наш писательский приют.
И ниже прежней кажется ограда…
Но сосны здесь до неба достают,
И так же бел рисунок балюстрады.

В пространстве своего полукольца
Она, как прежде, выслушать готова
И откровения титана и творца,
И строки малые отеческого слова.

Ветшает Дом, но все светло крыльцо,
И так же он отогревает сердце,
Как навсегда любимое лицо,
В которое глядеть — не наглядеться.



*   *   *

А все же и мне это чудо досталось:
Степного цветка первобытная алость
да белой травы переплеск аромата,
да луг, опоясанный лентой заката —

Всего понемногу, в лекарственных дозах…
А все же довольно, чтоб вытереть слезы,
когда у каштана листва поникает,
когда в Переделкине лес вырубают.



ДОМ ТВОРЧЕСТВА. ПЕРЕДЕЛКИНО, 2016

Небесное око — сквозь кроны
деревьев, рванувшихся ввысь.
Клочок заповедной, зеленой
земли, где дороги сплелись
Эрато, Эвтерпы и Клио,
и тех, кому внятна их речь…
Я здесь была слишком счастливой,
чтоб их откровенья сберечь.

Зимой, в городской круговерти
вернет многоумный смартфон
минуты любви и бессмертья,
и счастья у белых колонн.



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.