Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 07 (135), 2016 г.



Ольга МИХАЙЛОВА
МОЙ ВОЛШЕБНЫЙ ЗОНТ



Ольга Михайлова — прозаик, поэт. Известна публикациями в журналах "Дети Ра", "Зинзивер", газетах Linnaleht (Таллин), "Литературные известия", "Поэтоград" и других. Она — автор 4 книг: "Прекрасная Птица" (Таллин), "Рябиновый оберег" (М., "Вест-Консалинг"), "Все перемешалось" (М., "Вест-Консалтинг") и "Путешествие к можжевеловому закату" (М., "Вест-Консалтинг").



МОЕ ДЕТСКОЕ ЛЕТО

Лето окрыляет, щедро даря разноцветье: душистую землянику, яркие, хоть сейчас в ожерелье, бусины брусники, которую без устали ищешь и находишь среди болотных кочек и укромных участков леса, чернику, от которой перепачкаешься сам и вымажешь любимую футболку, липовый цвет, заботливо заготовленный на случай осенне-зимних простуд, молочные плоды лещины, хотя много их и не соберешь, только поцарапаешь ветками лицо и нацепляешь на волосы паутину. С грибами не везет совсем, хотя, помнится, моя бабушка, грибник опытный, старалась и меня приобщить. Не сложилось: прячутся от меня грибочки, зато их несъедобные собратья попадаются сплошь и рядом — играют-забавляются. Лето — это еще тополиный пух, забивающийся везде, где есть для него место, купания и, если повезет и отец возьмет с собой, рыбалка, — вот где раздолье для души! И поэтичны наши велопрогулки вдоль реки, сулящие немало интересных впечатлений. Скрываясь в тени старой купающейся в реке ивы, неотрывно наблюдает за нами мрачная водокачка. До сих пор стоит, еще более темная и нелюдимая. Бросаешь велосипед и несешься в ту сторону, где на поле голубеет нежный лен, ласково касаясь ног. И юбка на тебе льняная, и тонюсенькие стебельки тянутся, отпечатываясь на ткани голубым принтом. Нигде впоследствии я не видела такой красоты, вернуться бы…
В деревне в это время особая забота — заготовка сена для домашних животных, без которых вряд ли можно представить сельскую жизнь. Потеряет она свою изюминку без ежеутренне выгоняемых на выпас коров и овец, без важно шагающих гусей и безалаберных кур, умудряющихся найти сомнительный лаз в своей клетушке и разбежаться по огороду, чтобы нарушить ровные проборы грядок. Ворошишь сено, предусмотрительно сняв часы, чтобы не оставалось белой полоски. А в другом забудешься и только вечером почувствуешь, как горячо и колкой болят обгоревшие плечи.
Помнится, как мы, подростки, оживлялись, наблюдая за далекими ломаными линиями молний — надвигалась гроза. Обуреваемые любопытством, все с нетерпением ждали, пока сопровождающий грозу ветер домчится до нашего двора. И буйство природы совсем не пугало, ведь ты по другую сторону — прильнул к окну. Но, как только раскаты грома начинают бухать над головой, нехотя отходишь, потому что взрослые ругаются, но все равно норовишь подглядеть из-за занавески, как ветер нещадно треплет колосья и поднимает пыль, швыряя ее частицы в окно.
А сколько было загадано желаний на заветном стоге, почти на вершине мира, куда забираешься августовскими звездными вечерами или уже ночами, грань хрупка, и до одури считаешь падающие звезды, забывая, что уже успела загадать, и поэтому загадываешь снова. Небо такое близкое и живое! Аромат сена и запах травы в поле, впитавшей за день энергию солнца, лучше всего проявлялись к ночи, когда земля начинала отдавать накопленное тепло, тепло, которое примешь и сохранишь. Лето…



ПРЕДЧУВСТВИЕ

Сегодня особенно не хотелось просыпаться, но, как обычно, разбудило настырное чириканье местных воробьев, ночующих в тополе. Дерево выбрано неслучайно — птиц замечательно скрывают крупные листья — после стрижки тополь похорошел. Его крона к моей радости разрослась — я переживала, что дерево так и останется никчемным столбиком, — и теперь он дает приют этим шалопаям. Ты узнаешь об этом по доносящемуся гвалту, который усиливается вечером, когда они собираются там, как семья в родном доме. От тополя до моей кормушки — несколько взмахов крыльев. Сначала появляется дозорный — проверяет, есть ли семечки, можно ли звать остальных. Как правило, можно. Если что не так, громко и требовательно просит, специально расположившись на подоконнике моего окна — не до сна уже.
Наверное, будет жарко, но вот уже несколько дней ощущаются перемены — спокойствие разливается в воздухе. Кажется, что изменился его состав, несущий предчувствие осени. Окно открыто. Воздух скромно, но целенаправленно проникает в комнату. В этом году я чувствую перемены как никогда, часто отвлекаюсь и смотрю в окно — не собираются ли тучи, нет, только дымка. Не та жара, не летняя. Такая погода бывает в сентябре, когда наступает пора бабьего лета. Когда вдруг столбик термометра поднимается до редких в это время 20 градусов, и ты радостный идешь по улице в футболке.
Ветерок слабый. Тополь шелестит листвой, успокаивая меня: "Время скоротечно. Любуйся пока зеленью, корми птах и слушай приглушенные голоса уходящего лета. Пока не наступил период дождей, а Ильин день не за горами, радуйся, радуйся, радуйся. Посмотри, какие у тебя руки, — напитай кожу витамином D". Мудрый тополь, что тут возразить. Я помню его с детства, когда мы въехали в этот дом. Я, как и он… — что-то прошло по касательной, а что-то оставило рубец — до сих пор ноет.
Сегодня — особенное астрономическое явление, может быть, в этом все дело? Небо просторно-безоблачное. Луна необычайно яркая, а под ней — гляди, маленькая по сравнению со спутником Земли, оранжевая точка. И чем больше смеркается, тем более очевиден красный оттенок небесного тела — Марс.



СТАЛО ЛИ СВЕТЛЕЕ?

Зачем здесь фонари в таком количестве?
Глаза режет.
И где теперь прячется от яркого света стайка моих старых знакомых?
Важно вышагивают собаки, выгуливая своих хозяев.
Женщина везет в коляске ребенка, припозднилась.
Все довольны.
Я тоже как будто гуляю, но с целью — семечки насыпаю в кормушки,
Которые завтра опустеют за час-другой.
Пока нет холодов, не страшно:
кое-где на деревьях какое-никакое, а лакомство для птиц — боярышник, рябинка…
Все сгодится, все поедят.

Глаза слезятся — фонари на каждом шагу продолжают изображать солнце.
Все ж надо было их пореже установить…
Свет неприятный: выхватывает и демонстрирует
с неприглядно-пошлой стороны голые ветки деревьев –корявые сухие отростки, как руки-лапы, того и гляди схватят-сцапают.
Нехорошо.

Сухо, ноги не буксуют в слякоти — это хорошо.
Запах зимы не витает — тоже хорошо,
Значит, еще живем.



МОЙ ВОЛШЕБНЫЙ ЗОНТ

Подрагивает рука. В знак солидарности дрожит зонт.
Ветер норовит его вырвать — держу крепко.
А то перевернется и покатится, обдирая бока о булыжник. Жалко.
Мягкий шаг, никуда не спешу — меня не слышно.
Наблюдаю и слушаю — чайка вскрикнула среди крыш.
Шепот камней. Зонт не отстает — тоже что-то бормочет мне в ухо.
Сиреневая тень играет на моем лице с запоздалым солнечным зайчиком.
Нет, дождя нет. Есть я и мой зонт. Мы кружимся. Куполом зонта кружится небо.
Гроздь сирени с любопытством рассматривает наше сиреневое счастье.
Зонт кривляется, дергает меня и зовет куда-то вглубь мрачно-загадочной ниши крепостной стены — там живут легенды. Знаю, они во всем и везде.
Я же ему их и рассказала, а он запамятовал…
Мы гуляли у моря, дождь сыпал, прогоняя нас: "Не время любоваться волнами — штормит".
– Ты тогда сильно промок и грустил… Помнишь?
Зонт хмурится: от правды не спрячешься и не сложишься — и все же торопит, подхватываемый ветром. Ветер подталкивает и меня.
Мы движемся или почти летим, наугад.
Темнота быстро завоевывает этот город, эту улицу.
Очертания стены проявляются, когда натыкаешься на нее.
Отражение в темной плоскости потустороннего. Я ли это?
Зонт удивлен не меньше меня, он тоже там…
Мы вместе где-то в зазеркалье Старого города. Здорово!



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.