Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 03 (131), 2016 г.



Михаил Румер-Зараев
"Диабет и другие повести"



М.: "Вест-Консалтинг", 2016

Новая книга Михаила Румер-Зараева, прозаика и публициста, родившегося в Москве  и долгие годы проработавшего в российских газетах и журналах ("Московская правда", "Сельская жизнь", "Огонек", "Век"), автора ряда книг, члена Союза писателей Москвы, включает в себя три повести, в которых события жизни героев, как сказано в аннотации, переплетаются с трагедиями XX века – коллективизацией, ГУЛАГом, Холокостом.
В книге затронуты различные аспекты и проблемы, возникающие на фоне политического и экономического краха общества, вопросы веры и морали, милосердия и прощения, родовых истоков и многое другое.
Насыщенная родительской любовью и тревогой за сына, страдающего тяжелым заболеванием, повесть автора "Диабет" проводит читателя через многочисленные реалии жизни конца XX – начала XXI века в России и эмиграции. Невольно происходит сравнительный анализ, который кажется достаточно объективным, чтобы не впадать в крайности восхваления или порицания той или иной действительности.
Герой повести – отец больного юноши, от лица которого ведется повествование, не делает акцент на отсутствие колбасы и прочих полезных вещей в эпоху недостачи в России, хотя и не замалчивает этих фактов. Это и образ жизни "ты мне, я тебе", игры с совестью и компромиссы, дефицит свободы слова. Но самый главный дефицит для отца мальчика – инсулин, от которого зависит жизнь его ребенка, поэтому основной конфликт сводится именно к его отсутствию в стране, к безразличию властей к судьбам множества больных людей, не имеющих возможности "доставать" спасительное лекарство заграницей.
Жизнь родителей, в страхе сражающихся за полноценное существование своего сына, превращается в подобие замкнутого круга, в котором самоотверженная борьба тесно соприкасается с социальными проблемами общества. Инсулин становится неким символом времени, "каплей, в которой есть океан. В нем выразилось все, чем жила Россия в девяностые. Эйфория перестройки и – прекращение отечественного производства со всеми  его срывами, грязью, осложнениями".
В то же время, рассказывая о работе сына, занимающегося научной деятельностью уже в Германии, отец признает, что в Москве как старший научный сотрудник и кандидат наук со своей темой сын был сам себе хозяин, ощущал себя "самодостаточной творческой личностью". Попав в эмиграцию, он сделался винтиком, выполняющим задание профессора.
Повествовательный тон, старающийся казаться выдержанным и спокойным, как и отчаянная внутренняя борьба за жизнь, выдает волнение, осложняясь резкими ритмическими переходами. Этот тон завуалированной боли срывается иногда на парцеллированное, дождевое стаккато, предъявляя читателю во всем объеме тоску и тревогу отца юноши:
"Ночь. Поезд. Пустые перроны в неживом люминесцентном свете. Вереницы тележек ”Коффр-кули”. Стеклянные будки ожидания. Трафаретные вывески на латинице: ”Потсдам”, ”Магдебург”".
 Герои повести "Диабет" и двух других ("Дети дьявола" и "Пустые небеса") воплощают в себе само время, по ним мы можем прочитывать определенную историю общества, стремления и настроения людей, их увлечения и надежды. Интересно наблюдение Дани, главного героя повести "Дети дьявола", студента сельхозинститута, проходящего практику в деревне 50-х: повторяется классический чеховско-бунинский сюжет приезда барчука, молодого городского интеллигента в деревню. Подобно тому, как видит Бунин через "бешенство темной души" нарастающий протест в деревенских мужиках, так увидел в них Даня ту зарождающуюся энергию, которая впоследствии сметет на своем пути все, что подвернется под руку. Внутренний конфликт самого Дани состоит в противоречии между любовью к отсидевшему срок в сталинских лагерях отцу и внезапно открывшимся знанием, что и его отец когда-то закручивал гайки, входя в состав так называемых деревенских троек.
Если Андрей из повести "Пустые небеса" пытается установить истоки своего происхождения, то есть возвести опору в сознании, на которой будет потом строиться дальнейшая жизнь, Даня эту опору в лице отца наоборот теряет, но старается восполнить ее верой.
Обретение твердой родовой почвы, земли под ногами – одна из самых насущных проблем героев повестей Михаила Румера-Зараева. Когда из-под ног выбиваются традиции, отсутствует преемственность поколений, когда люди становятся, по выражению Чингиза Айтматова, "манкуртами, родства не помнящими", возникает конфликтная ситуация, приводящая всякое общество к разрушению.
Михаил Румер-Зараев живет в Берлине, где редактирует "Еврейскую газету".

Наталия ЛИХТЕНФЕЛЬД



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.