Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 02 (130), 2016 г.



Марианна Рейбо
"Письмо с этого света"



М.: "Вест-Консалтинг", 2015

— Не надо булгаковщины! — вспоминается строчка из диалога в романе, который как раз приближен по жанру к магическому реализму.
По определению французского критика Эдмона Жалу, роль магического реализма состоит в отыскании реальности того, что есть в ней странного, лирического и даже фантастического — тех элементов, благодаря которым повседневная жизнь становится доступной поэтическим, сюрреалистическим и символистическим преображениям.
Героиня романа ассоциирует себя с Люцифером — следуя библейскому мифу, духом зла, ранее ангелом, сброшенным Богом на землю из высших духовных сфер. В энном воплощении Люцифер рождается на этот раз девушкой. Поэтому повествование ведется от лица дьявола, то есть в мужском роде. Сознание читателя поначалу противится воспринимать рассказ девушки, говорящей о себе в мужском роде, особенно когда между героями происходят любовные сцены. Так и хочется исправить "я сказал" на "я сказала". Но подобный прием не нов в литературе. Зинаида Гиппиус, например, писала стихи от лица мужчины. Или Максимилиан Волошин, участвовавший в литературной мистификации и помогавший молодой поэтессе под придуманным им псевдонимом Черубина де Габриак если и не писать за нее стихи, то отправлять от ее лица письма главному редактору журнала "Аполлон" С. К. Маковскому.  Здесь же мы имеем дело не столько с литературным приемом или мистификацией, сколько с мистической сюжетной линией.
То ли героиня вообразила себя дьяволом, то ли дьявол сам вселился в нее и ведет свое повествование... Но в любом случае, в православии это называется одержимостью, а в психиатрии — диссоциативным расстройством личности, ее раздвоением. С точки зрения литературы — это один из элементов магического реализма, то есть контраст астрального с физическим, прошлого с настоящим, а персонажей — друг с другом.
С чертами юношеского эгоизма и резко выраженного индивидуализма (характерны хотя бы рассуждения о коллективе: "Коллектив! Главный враг человеческого в человеке. Чтобы быть свободным, человек должен быть один. Попадая в людскую кашу, он волей-неволей начинает себя терять, увязая в авторитетах, чужих мнениях и навязываемых ему правилах жизни…") героиню романа, действительно, очень трудно отнести к ангелоподобным существам, но и Люцифером представить ее сложно до того момента, когда она становится косвенной виновницей в смерти двух человек.
О чем эта книга, содержание которой не хотелось бы пересказывать, потому что сюжет — и дело здесь не в сюжете — не слишком заинтересует искушенного читателя. Вплетение библейских мифов в реальность, переработанных в современной адаптированной манере, жизнь современной девушки с психологическими проблемами, обусловленными домашним давлением и желанием освободиться от них,  детали разнузданной жизни творческой богемы, причисляющей себя к "олимпийцам" — молодым креативным "богам", даже оргии в стиле "а ля гетеры и патриции" — все это было, все это мы уже читали. И это всего лишь антураж, фон повествования.
Проблема экзистенциального одиночества, оставленности Богом —  одна из основных идей этой книги. Несмотря на олицетворение себя с Люцифером, который-то уж точно знает, что Бог есть, поскольку раньше находился среди его верных помощников, героиня романа не верит в Бога. Она рассчитывает только на себя и на свои силы. Но отрицание Бога, как кто-то заметил, происходит только до первой тряски в самолете. Точно так же в экстремальной ситуации поступления в институт девушка начинает молиться.  Когда жизнь устаканивается, Бог забывается.
Как я уже сказала, роман  несет на себе печать одиночества. Это одиночество, идущее изнутри. Воплощение его — сама героиня, окруженная постоянно людьми, но всегда внутренне отстраненная от них, от чего она, как ни пытается, не может уйти. Одиночество распространяется и на личные отношения даже с самыми близкими ей людьми — матерью, другом, считающим себя женихом девушки. Героиня бежит от них, пытаясь убежать от самой себя, от своей внутренней неприкаянности. Не находится точек соприкосновения ни с близким человеком, ни с окружающим миром. Возможно, Люцифер, сидящий внутри, и есть символ этого одиночества, к которому постепенно привыкаешь, как к своему второму "я".  ("Одиночество не было для меня чем-то новым, и первое время я спокойно переносил его. Даже был ему рад...") Иногда его (одиночество) можно расценивать как благо, но с другой стороны — это может быть верным признаком наложения наказания, печати Люцифера. Именно эта печать, связанная с ощущением своей избранности, подталкивает героиню к пороку, отрицанию морали. В связи с этим мы можем вспомнить, что, например, в известном романе колумбийского писателя Г. Гарсиа Маркеса "Сто лет одиночества", также написанного в жанре магического реализма, одиночество рассматривалось  как проклятие, мистическая сила, вокруг которой вращались ситуация и судьба.
Еще один камень преткновения, становящийся в романе серьезной проблематикой — неспособность сделать выбор: отказаться от нелюбимого жениха или же остаться с ним ради удобства, — то, что в результате приводит к трагедии.
Описанные очень подробно эмоции, душевные порывы, внутреннее состояние героев вносят в роман психологическое развитие. Рассуждения на философские темы, темы морали, откровенность,  граничащая с исповедальностью, подкупают читателя. Впечатляет еще и то, что книга написана молодой писательницей, — не по возрасту умной, вдумчивой и  талантливой.

Полина ВАЙС



 
 




      ©Вест Консалтинг 2008 г.