Литературные известия
ПодписатьсяПодписаться 

Издатель

Редакционный совет

Общественный совет

Редакция

О газете

О нас пишут

Свежий номер

Гвозди номера

Архив номеров

Новости

Реклама

Авторы

Лауреаты

Книжная серия

Обсуждаем книгу

Распространение

Подписка

Реклама в газете «Литературные известия»

Магазин


     

Недвижимость в Берлине
Яндекс.Метрика
Контактная информация:
Тел. 8 (495) 978 62 75
Сайт: www.litiz.ru
Главный редактор:
Е. В. Степанов




Гвозди номера № 2 (6), 2009 г.



ЛИЦО В ОКНЕ

Максим Замшев родился в 1972 году в Москве. В 1989 году окончил среднюю школу и поступил в музыкальное училище имени Гнесиных. В 1990 году с первого курса училища ушел в армию. Участник последнего советского военного парада. В 1992 демобилизовался и продолжил учебу в Музыкальном училище имени Гнесиных. В эти же годы всерьез увлекается литературным творчеством, становится одним из основателей поэтического объединения «Железный век». В 1996 году поступил в Литературный институт имени А. М. Горького, где учился в семинаре Владимира Фирсова. С 2000 года работает в Московской городской организации Союза писателей России. С 2004 главный редактор журнала «Российский колокол».
Произведения Максима Замшева переведены на болгарский, сербский, французский, турецкий, испанский и непальский языки. В 2008 году указом Президента РФ Максима Замшев награжден медалью ордена «За заслуги перед Отечеством Второй степени».
В настоящее время компания «Вест-Консалтинг» заканчивает работу над персональным сайтом поэта.



* * *

Опавший лист — всего лишь лист
                                                         опавший,
В прожилках, в нездоровой желтизне.
Вчерашний день — всего лишь день
                                                          вчерашний,
Всего лишь длинный отблеск на стене.
А на столе стоит всего лишь ваза,
А на постели — тела легкий след.
И с губ твоих летит всего лишь фраза
О том, что счастья не было и нет.
В твоих глазах сомненье и тревога,
Твои слова на звуки разделю,
И мне тогда останется немного:
Всего лишь вспомнить, что тебя люблю.
Не трогай розы с острыми шипами,
И срок любви по ним не измеряй.
Ты знаешь, наша жизнь — всего лишь
                                                                 память,
Потерянная по дороге в рай.



* * *

Поднимаются в небо чумазое
Постаревшие за ночь дома.
Никогда никому не рассказывай,
Что по осени сходишь с ума,
Что не в силах кружить с листопадами
В промотавшейся сирой стране.
Даже лица, как листья, здесь падают
И неловко лежат в стороне.
Даже мысли бессвязны и пасмурны.
Им бы с ветром пройтись налегке,
Но лохмотья от желтого паруса
Уплывают по черной реке
И, конечно, не чувствуют холода:
У природы свое торжество.
А дома проплывают над городом
И не помнят о нас ничего.



* * *

Как шар, под музыку Массне
Вращалось горькое житье.
Бросали молодость на снег
И забывали про нее.
И уходили за другой,
Бочком протискивались в зал,
И выгибался пол дугой.
И потолок дугой свисал.
И надо было проскочить,
Покуда полдень не ослеп,
Но воробьишки-трюкачи
Склевали молодость, как хлеб.
И солнце разбегалось вновь,
И задыхалось на бегу,
И чья-то первая любовь
С утра валялась на снегу.
Пустой рассыпчатый ковчег,
Шальное лакомство детей.
Мы все бросали в этот снег,
По-барски, щедро, без затей.
Мы думали, что снег хотел
Устроить белый карнавал.
А он летел, с небес летел
И нас в лицо не узнавал.



* * *

Августу в спину воткнулся нож,
Он уже мертв, только нож не трожь;
Может быть, сам ты и был хорош,
Августу в спину вонзая нож?
Наглые пилы впились в сады,
Словно удавки в руках бразды,
Может быть, топчешь ты тень звезды,
Если решился пилить сады?
Друг твой на крыше стоял и вниз
Рухнул, как будто в мечте повис,
Может быть, ты не к добру раскис?
Вверх невозможно, так лучше вниз.
Жалко столетье делить на сто,
Лобные кости тревожит стон,
Может быть, сам ты и был простой,
Но подожди, не спеши, постой…



* * *

Пена на гребне волны,
Локонов запах на гребнях
Перерождаются в сны
Или в предания древних.
Роется солнце в песке,
Все побережье согрето,
В тонком, как волос, мазке
Длится испанское лето.
Будет большой карнавал
Лиц на развалинах замка.
Август не короновал
Маску — она самозванка.
Этот позор не снести,
Станут гримасами лица, —
Только верстах в десяти
Сын у рыбачки родится.



* * *

Школа. Весна. Неуемная гордость.
Легкая тяжесть мальчишеских лет.
Жаль, что растаяла помыслов твердость,
Страшно, что многих и в памяти нет.
Первыми свадьбы сыграли девчата,
Ну а дружки разбрелись по углам.
Кто загулял, кто уехал куда-то,
И не напишешь по всем адресам.
Словно волчок, позабывший усталость,
Крутится жизнь под чужою луной,
Помнишь, как осенью долго глоталась
Горькая клюква с тоскою хмельной?
Все изменилось. И я изменился.
Черный подснежник злорадно сорвал,
Вот и мой голубь почтовый разбился,
Вот и мой голос нетвердый соврал.
Вижу спокойные лица старушек,
И, второпях, прохожу, не спросив:
— Строят ли заново то, что разрушат?
Будет ли голос бесцельный правдив?



* * *

Который август проживаю,
И каждый раз все не пойму,
На что бесцельно уповаю
И розы дней дарю кому?
Еще вчера так исступленно
Топтало лето свой убор,
А нынче кровь на пальцах кленов —
Природы горестный укор.
В такую пору хорошо бы
Из бочки пробовать вино,
От ненасытной жаркой злобы
Пора избавиться давно.
Но не простить щедрот мгновенных
Любви потушенным печам.
И шепот кленов убиенных
Покой ворует по ночам.



* * *

Четыре птицы прилетели к нам во двор:
Одна светлее, чем чужой любимой взор,
Вторая — жаркое дыхание певца,
А третья — легкая, как летняя пыльца,
Чиста четвертая, как школьная тетрадь,
Я знаю, птицы прилетели умирать,
Воспоминанья в отсыревшем декабре
Так умирали на житейском пустыре.



* * *

Город забился в руках у весны,
И переулки, как лапки паучьи,
Сетью разлук до сих пор стеснены,
Юная кошка на крыше мяучит.
Лучшая новость случилась уже.
И от луны растекается соком.
Девочка ждет на восьмом этаже
Белый мотив из распахнутых окон.
Этой весной заживу без забот,
Чай на плите, и соседи в отъезде…
Ведь не случайно я встретил детей
Нынешним утром в проспавшем подъезде.



* * *

По берегу печаль проходит гейшей,
Рассвет влюбленным мальчиком дрожит.
Своей неосторожностью малейшей
Огромное пространство дорожит.
Не остановят времени укоры
Безвременья причудливый разгул.
Не став землей, исчезнувшие горы
Остались в очертаньях чьих-то скул.
Слова, как чайки, ветром уносимы,
И родина отсюда не видна.
Эскадре русской не забыть Цусимы,
И моряку живым не встать со дна.



* * *

Облака, Ленинград проплывая,
Услыхали шипенье трамвая,
И упрямых людей увидали,
Что у них на глазах увядали.
Облака, не сочувствуя горю,
Потянулись к Балтийскому морю.
Многолюдно на майском параде, —
Не хочу умирать в Ленинграде.



* * *

Пена на гребне волны,
Локонов запах на гребнях
Перерождаются в сны
Или в предания древних.
Роется солнце в песке,
Все побережье согрето,
В тонком, как волос, мазке
Длится испанское лето.
Будет большой карнавал
Лиц на развалинах замка.
Август не короновал
Маску — она самозванка.
Этот позор не снести,
Станут гримасами лица, —
Только верстах в десяти
Сын у рыбачки родится.



* * *

Ночная улица хотела
Узнать мое лицо в окне.
Я раньше жил легко без дела,
Купался в каждом новом дне,
Не ведая предчувствий скверных
Тоску оставил в стороне.
И до сих пор в московских скверах
Она горюет обо мне.
Я был любим, и был счастливым,
А вспомнишь — в горле-то комок…
Каким был теплым летний ливень!
Как плащ ее насквозь промок!
Шумит вокзал, где возвращеньем
Пропитан утра холодок.
Я опоздал тогда с прощеньем —
Других простил, себя не смог.
О долгий город мой! Не надо
Меня искать и узнавать.
Одна дарована отрада,
Что всем нам жить и умирать,
А коль тоска, сбежав со скверов,
На шею кинется опять,
Я в настроенье самом скверном
Перекурю и лягу спать.



* * *

Не убегу и не уеду,
Я превозмог свою беду.
Я буду праздновать победу
В каком неведомо году.
Без слез, без друга, без любимой,
Без флагов, порванных в тряпье,
Непоправимо нелюдимо,
Я буду праздновать ее.
Пускай сегодня бью посуду
На счастье, зло и звонко бью.
И все же праздновать я буду
Победу горькую свою.
Тоска пускается по следу,
Хоть не хотел, а наследил.
Я буду праздновать победу,
Победу из последних сил.
Никто победу не отнимет.
Никто не вспомнит Страшный Суд.
Но только имя, только имя
Другое не произнесут.

 
 




Чешский сервисный визовый центр в екатеринбурге www.podebrady.ru.
      ©Вест Консалтинг 2008 г.